Электронные данные идентификации личности: пойдет ли РПЦ против Путина?

В субботу начинает свою работу очередной Архиерейский собор РПЦ, с участниками которого встретился Владимир Путин. Собор должен будет определить позицию Церкви по вопросу электронных данных.

Консервативные прихожане требуют от патриарха Кирилла выступить против государства, но, в отличие от полемики начала 2000-х, нынешняя дискуссия, как говорят эксперты, к расколу не приведет.

В субботу иерархи Русской православной церкви соберутся на Архиерейский собор, высший орган управления РПЦ.

За день до мероприятия с участниками собора встретился Владимир Путин, который заявил о том, что российскому обществу нужно уйти от вульгарного примитивного понимания светскости и предоставить Русской православной церкви возможность решать социальные проблемы.

Президент подчеркнул, что он рассчитывает на продолжение партнерства с РПЦ в укреплении согласия в российском обществе, его нравственного стержня. «При этом традиционные ценности, религиозные чувства верующих так же, как права, свободы, достоинство людей, должны быть защищены и силой общественного мнения, и силой закона», – подчеркнул Путин.

Среди многочисленных вопросов церковной жизни, которые вынесены на рассмотрение собора, самым понятным для мирян является вполне светская проблема идентификации данных, полемика вокруг которых уже не единожды доставляла РПЦ массу беспокойства.

Архиереи должны будут обсудить и принять документ, в проекте названный «О позиции Церкви в связи с появлением и перспективами развития новых технологий идентификации личности», и консервативные общественные организации уже начали настаивать на том, что РПЦ должна официально объявить о возможности отказа от цифровых форм идентификации личности.

«Нашей Русской православной церкви необходимо официально и открыто заявить власти о религиозных мотивах отказов православных граждан от использования новых технологий идентификации личности. Это положение является базовым, дающим основания Русской православной церкви не только защищать своих чад, но и участвовать в процессе принятия решений в сфере модернизации. Пользуясь отсутствием в документах Церкви положений о религиозных мотивах отказов верующих от новых систем учета и электронных документов, чиновники присваивают себе право регламентировать духовную жизнь верующих», –говорится, например, в обращении «Союза православных юристов».

Позиция РПЦ, если судить по документу, подобных вольностей не подразумевает, а предпочитает обращаться за помощью к законодателям.

«Необходимо сохранить возможность пользоваться традиционной, уже закрепленной в существующих правовых актах системой учета (по фамилии, имени и отчеству, дате и месту рождения, месту жительства), а также традиционными документами, удостоверяющими личность. Настоятельной необходимостью является введение законодательного запрета на принуждение граждан к использованию автоматизированных средств сбора, обработки и учета персональных данных и личной конфиденциальной информации, в том числе запрета на принуждение к принятию и использованию любых средств автоматической идентификации человека», – говорится в документе, который в этой редакции еще может быть не принят.

История конфликта

Противостояние верующих попыткам документации имеет давние исторические корни. Еще во времена Петра Первого, который приказал провести перепись старообрядцев и обложить их двойным налогом, значительная часть православных (к которым присоединились и священнослужители) высказалась резко против подобной практики.

Обязательная советская паспортизация и прописка по месту жительства также были приняты не всеми верующими, однако по понятным причинам никаких массовых отказов от паспортов не было.

Борьба с документами стала по-настоящему значимой общественной тенденцией лишь в начале 2000-х, после того как согласно новому Налоговому кодексу все физические лица должны были получить ИНН (идентификационный номер налогоплательщика).

Претензии православных к ИНН сводились далеко не только к тому, что в номере »зашифровано число зверя» (число 666, разумеется, встречается и в ИНН, и может быть выведено путем разнообразных математических операций из цифр, составляющих идентификационный номер: с той же вероятностью »три шестерки» можно кодифицировать в любой последовательности чисел, к чему бы она ни относилась): смысл войны с цифрой во многом состоял и состоит в противодействии тому, что сейчас называется »сергианством», то есть сотрудничеству РПЦ и государства.

В занимательном эсхатологическом труде иеродиакона Авеля (Семенова) «Число паспорта» (издан в 2005 году) приводится исчерпывающая аргументация православных ультраконсерваторов: «Один раб Божий своими глазами видел фотографию обгоревшего паспорта, на котором вместо герба чётко был проявлен образ зверя. Об этом сам же и рассказал. Это фото привезла в Дивеево паломница из Нижнего Новгорода и всем показывала. Образ показался тогда, когда она решительно стала сжигать свой российский паспорт. А у другой паломницы при сжигании на обложке паспорта чётко появились два сатанинских глаза».

Ответом Церкви стал»Итоговый документ VII пленума Синодальной богословской комиссии, посвященной вопросу об ИНН», в котором в качестве официальной позиции РПЦ было зафиксировано отсутствие дьявольской природы в идентификационном номере: «Говорить о непременном присутствии числа 666 в ИНН нет никаких оснований. В некоторых публикациях имеется утверждение, что в электронных документах, использующих магнитно-считываемую запись, в качестве кодового содержится число 666. Согласно экспертному заключению, полученному нашей комиссией, подобное утверждение не имеет основания».

Диомид

Итогом борьбы с ИНН стал призрак церковного раскола, замаячивший перед РПЦ в феврале 2007 года, когда епископ Чукотский и Анадырьский Диомид открыто выступил с обращением, резко критикующим церковное руководство.Среди многочисленных прегрешений, которые нашел у иерархов Церкви Диомид, нашедший поддержку в консервативных церковных кругах, были и экуменизм, и соглашательство с властью, и поддержка ИНН.

Кроме того, епископ призывал к созыву поместного собора, который в последний раз проходил в июне 1990 года. Точку зрения Диомида поддержали многие консерваторы, в том числе, например, и иеросхимонах Рафаил (Берестов), находившийся тогда в скиту Новоафонского монастыря в Абхазии и почитаемый некоторыми мирянами как «старец».

Конфликт РПЦ и Диомида освещался максимально широко, и для того, чтобы отправить скандального иерарха в отставку, Церкви пришлось приложить значительные усилия. Митрополит Кирилл, ставший в 2009 году патриархом Московским и Всея Руси, выступил тогда главным публичным критиком епископа и победил.

В 2008 году Диомид был запрещен в служении и отставлен со всех постов. Несмотря на дальнейшее противодействие руководству РПЦ, тема ИНН постепенно сошла на нет, оставшись уделом небольшого числа церковных радикалов.

«Шапочки из фольги»

Новый виток полемики связан с уже объявленным переходом России на электронные паспорта, которые будут представлять собой карту, объединяющую почти все актуальные данные гражданина. Решение об электронном паспорте просто не могло не подстегнуть дискуссию, однако эксперты сходятся во мнении о том, что на этот раз спор пройдет куда спокойней.

Егор Холмогоров, главный редактор сайта «Русский обозреватель», в интервью газете ВЗГЛЯД рассказал о том, что спор об ИНН и вообще любые экзальтированные полемики о документах имеют не столько религиозную, сколько психологическую природу.

«Да, основа всех рассуждений о «печатях» религиозна, основание – строки из Откровения Иоанна Богослова, вот они: «И он сделает то, что всем, малым и великим, богатым и нищим, свободным и рабам, положено будет начертание на правую руку их или на чело их и что никому нельзя будет ни покупать, ни продавать, кроме того, кто имеет это начертание, или имя зверя, или число имени его. Здесь мудрость. Кто имеет ум, тот сочти число зверя; ибо это число человеческое. Число его 666″. Глава 13, стихи 16–18″, – отметил Холмогоров, пояснив, что для современников апостола слова «нельзя покупать и продавать» означали буквально голодную смерть, потому что городская цивилизация Рима (и в частности Иудеи) базировалась к тому времени не на натуральном хозяйстве, а на рынке.

«Противодействие любым формам переписывания, паспортизации, идентификационных данных – все оттуда, но здесь важно понимать, что все зависит от психики человека. Кто-то просто считает происходящее движением в неправильном направлении, у кого-то едет крыша, начинаются «шапочки из фольги», «зеленые человечки», марсиане на пороге и прочая борьба с неведомыми врагами, – продолжает Холмогоров. – Так что здесь мало что зависит от эпохи и от религии: людей, которые доходят до экзальтации по тому или иному поводу, можно найти всегда и везде».

При этом Холмогоров полагает, что спокойное внимание РПЦ к проблеме – безусловное благо. «Российская бюрократия очень любит усердствовать так, чтобы всем небо с овчинку показалось, – в случае с переходом на «пластик» представьте себе, сколько они наворотят в далеких небольших городках, где три банкомата на десять тысяч человек. Поэтому хорошо, что Церковь высказывает разумные опасения, что будет лоббистское давление на чиновников. Зависимость человека от электронных носителей информации – это очень сложный сюжет, невозможно тут броситься и сломя голову за сутки все переделать, опасность – при выходе из строя считывающего оборудования – всегда существует», – пояснил главный редактор «Русского обозревателя».

Маловероятным считает Холмогоров повторение «диомидовского раскола».

По мнению эксперта, после «кампании против РПЦ» последнего года все внутрицерковные разногласия отошли на второй план. «Наличие внешнего противника привело к тому, что противоречия сгладились. Но и, кроме того, водораздел теперь прост: «мы» или «они». Значительная часть церковных консерваторов увидела, что именно им грозит, если единства среди иерархов не будет. Так что им крайне невыгоден раскол, они же первые окажутся под огнем такой критики, с которой сами не справятся», – уверен эксперт.

Вертикаль церковной власти

Протоиерей Михаил Капреев, священник приходов Московского патриархата под омофором первоиерарха РПЦЗ митрополита Агафангела, написавший в позапрошлом году официальное письмо патриарху Кириллу о том, что часть священников Ижевска перестает поминать его в богослужениях, в свою очередь полагает, что РПЦ «боится конфликтовать с властью» и именно поэтому по вопросу электронных данных займет максимально нейтральную позицию.

«Я смотрю на эту проблему с позиции свободы человека, – пояснил свою точку зрения протоиерей. – Если хочет человек отказаться, пусть он отказывается. Человек создан свободным существом, и если даже Господь соблюдает свободу человека, почему Церковь должна поступать иначе? Государство обязано обеспечить возможность владеть электронным документом, но никакой обязанности здесь быть не должно».

Карпеев полагает, что ситуация вокруг электронных данных «может спровоцировать внутрицерковное напряжение, но за пять лет ситуация изменилась значительно»: «Создана жесткая вертикаль власти: священники, миряне, епископы не способны высказывать свое мнение, за все тут же следует наказание. Человека убирают, как будто проблемы не было вообще».

Изменилась и сама среда, уверен протоиерей.

«В начале 90-х годов прихожане могли ходить к епископу, жаловаться на поведение своего настоятеля, жаловались на поведение епископа, приезжали комиссии, разбиралась ситуация, но теперь такого нет. Прихожане живут по принципу «моя хата с краю», главное – молиться, все остальное – дело священноначалия. Это – католическая, бездеятельная модель», – заявил он в интервью газете ВЗГЛЯД, подчеркнув, что никакого громкого возмущения, подобного тому, какое было во время введения ИНН, ожидать не следует.

Единственная опасность

Диакон Андрей Кураев полагает, что нового епископа Диомида по итогам Архиерейского собора не появится, но совсем по иным причинам.

«Архиерейский собор действительно будет рассматривать этот вопрос, но какое решение он примет, никто не знает. Документы, которые будут обсуждаться и корректироваться епископами, неоднократно редактировались еще до вынесения на собор, поэтому я бы поостерегся заранее говорить о каком-то решении», – пояснил Кураев.

Отдельно священнослужитель отметил, что «важно избежать двусмысленных формул, которые могут, будучи выдранными из контекста, стать боевыми лозунгами для диомидовцев и прочих маргинальных групп».

«Необходимо четко различить, где угроза, а где ее нет. Действительно, базы данных могут сузить пространство свободы человека, могут быть использованы во вред ему, однако угроза социально-политической свободы не есть угроза духовному миру. Церковь никогда не говорила о том, что нужно бороться против всех форм гражданской дискриминации», – отметил в интервью газете ВЗГЛЯД Кураев.

По словам священника, радикальные поклонники отказа от ИНН поддержки внутри Церкви не имеют: «Церковное общество устало от их истерик. Степень их влияния не стоит переоценивать, но это не означает, что опасности нет. Она не в массовости и влиятельности, а в том, что кто-то из церковных иерархов решит поиграть с ними всерьез. Человек, который в их лозунги не верит и их позиции не разделяет, может заняться их раскруткой в угоду своим политическим интересам. Такого развития ситуации полностью исключить нельзя».

По материалам Михаила Бударагина «ВЗГЛЯД», Портал-Credo.ru.