>

Наши в Европе 445-го

Если верить историкам (а не верить им нет оснований), то поход гуннов во главе с князем Аттилой вглубь современной Германии начался 445 года. Этот воинственный народ, здобувшись на добротного стратега, дошел до Атлантического океана, ему платил дань весь континент.

Грандиозным сражением гуннов, скупые сведения о которой дошли до нас, стала битва на Каталаунских полях в Галлии 451 года. Окончательный исход ее вроде непонятный, зато есть данные, что только со стороны гуннов в ней участвовало полмиллиона солдат. Как писал Иордан, «битва была лютая, переменная, зверская, упорная». В ней сложил король везеготив Теодорик, а его сын получил ранения.

Странно, однако украинская Википедия, информируя о началах похода гуннов в Северное Причерноморье, до сих пор утверждает, что германские племена готов атаковали «неизвестные до того в Европе кочевые племена из Азии». То есть утверждает, что гунны происходят из Азии. Между тем как гунны — предки современных украинском. Этому есть много доказательств, в частности и в фундаментальной послесловии к роману Ивана Билыка «Меч Арея», который так невзлюбили большевики. Билык, напомню, убедительно доказал, что гунны жили на наших землях испокон веков, а поскольку Русь называлась когда Гунигардом, то и жителей ее звали гуннов. Мало того, гунны, скифы, славяне, русичи — все это синонимы для определения одного племени, из которого позже выделились мы, украинский.

Большевистские знатоки истории не могли, конечно, согласиться с выдвигаемой И. Билыком версией о том, что славяне произносили фамилию Аттилы как Гатило. Богдан Гатило. Вот если бы Билык написал Гатилов — его роман наверняка испытал бы славы, а не пошел под нож, как это случилось с «Мечом Арея» в начале 1970-х.

Наши в Европе 1945-го

Говорят, что Гиммлер знал о последствиях похода в Европу единоличного правителя гуннов, которого тогда прозвали «бичом Божьим», и чувствовал ритмы немецкой истории. Именно поэтому этот сподвижник Гитлера наладил через шведских дипломатов контакты с Западом, предлагая капитуляцию Западного фронта и концентрацию совместных усилий для отпора угрозе с Востока.

Не сложилось. Войска Западного фронта не принимали участия и в завершающей Берлинской операции. Когда генералу Эйзенхауэру доложили, что битва за Берлин может стоить приблизительно сто тысяч солдатских жизней, генерал отрицательно качнул головой: «Это слишком большая цена, чтобы заплатить за престиж». Сталин, скорее всего, подумал, что главнокомандующий союзническими войсками, так легко отдавая советским солдатам право первыми войти в столицу Германии, в своем уме. Потому что Сталину человеческие жизни? Чего-чего, а этого материала у него было предостаточно. Не случайно же по��тся в песне, что «мы за ценой не постоит».

Каталаунских битва сравнению с Берлинською операцией выглядит в истории войн мелким эпизодом. Берлин брали 2.5 миллиона советских войск, в распоряжении которых было 41.600 орудий, более 6.200 танков, свыше 7.500 самолетов. По своей мощности это было нечто немыслимое, потери Краснозвездный войск исчислялись не одной сотней тысяч жизней.

А если посчитать потери во Второй мировой Украине? В начале войны в республике проживало почти 42 миллионов человек, в конце — 27.4 миллиона. Итак, наши общие демографические потери — не менее 14 миллионов человек. Еще одна такая победа под руководством товарища Сталина — и Украине, считайте, осталась бы без людей. Даже Александр Довженко, которого отнюдь не заподозришь в национализме, записал в дневнике: «Украине рушатся как ни одна страна в мире».

«Сумерки богов»

Среди всех композиторов Гитлер, как известно, предпочитал Рихарда Вагнера. Можно сказать, что фюрер обожал Вагнера. Поэтому ничего удивительного, что последние дни рейха в немецкой историографии называются Goetterdammerung — «Сумерки богов». Так назвал, напомню, последнюю оперу «Кольца Нибелунгов» сам композитор. В финальной сцене оперы Зигфрид и Брунгильда бросаются друг другу в объятия, причем Зигфридом известно — сейчас ему нанесут сзади смертельный удар. Так и есть, подкрадывается Хаген и коварно бьет Зигфрида, тот падает. Неистовая Брунгильда бросается в огонь …

Наблюдательные историки усмотрели в заключительном этапе жизни Гитлера аналогию с финалом «Сумерек богов». Зигфрид и Брунгильда — это, конечно же, Адольф и Ева, официально оформленная любовь которых длилась меньше суток. Адольф знает, что русские, то есть Хаген, приближаются к рейхсканцелярии, он прощается с окружением, диктует политическое завещание и идет в личные апартаменты, чтобы свести счеты с жизнью. Ева Браун принимает яд.

Но на этом аналогии не заканчиваются. Для полного совпадения сюжета Гитлер приказывает затопить берлинский метрополитен, ведь с последними аккордами "Сумерек …» выходит из берегов Рейн и затапливает Золото.

Со смертью этого урода ХХ века закончился, будем надеяться, и взлелеянная им национал-социализм.

Сбудется ли прогноз фюрера?

Некоторые исследователи Второй мировой войны пытается ответить на вопрос: чем закончился бы национал-социализм, если бы Германии удалось заключить выгодный мир в конце 1943 года? Тогда, как помним, Гитлер вел со Сталиным тайные переговоры. Вероятно, все закончилось бы в случае удачных сепаратных договоренностей тем, что Гитлер был бы позже ликвидирован вследствие покушения, ХХ или какой там съезд НСДАП в 1956 г. осудил бы «преступлениях нацистов» и «культ личности фюрера», а Германия присоединилась бы до высоко��азвитых государств с крайне правым режимом. СССР и США оставаться и дальше союзниками вряд ли сумели бы, а Герина, сохранив идеологию «третьего пути», вряд ли нашла бы с обоими этими потугами общие точки соприкосновения.

Конечно, это гадание на кофейной гуще. Поэтому куда полезнее вспомнить политический прогноз Гитлера относительно развития цивилизации на ближайшее будущее. Фюрер хорошо осознавал, что его враги, СССР и США, вынуждены будут со временем стать врагами Европы, что их «большая любовь» перерастет в ненависть. Но даже его оккультная воображение не могла предвидеть, что пройдет чуть четыре месяца, и американский «Дон Жуан» уже угрожать русской «подруге» ядерным ударом. И сбросит на бедных японцев две бомбы, чтобы Советы поняли, кто настоящий хозяин планеты.

Надо признать, что Гитлер испытывал временный большевизма и предполагал его крах еще далеко до 1945-го, он писал об этом в «Mein Kampf». Америке же он прогнозировал гибель «до наступления поры зрелости». Если прийти к мнению о том, что Союз распался окончательно и возврат к прошлому невозможен, то придется признать за Гитлером прав. Если прийти к мнению, что стабильное будущее Америки также под угрозой, то придется снова повторить вторую часть предыдущего предложения.

«Большая любовь» как в личном, так и в международной жизни зчаста заканчивается плачевно. Огляньмось лишь внимательнее вокруг себя и увидим, что соображениями любви пронизана не только отечественная, но и вся мировая политика. Именно любовью к нам, избирателям, объясняют нам необходимость «защиты общечеловеческих ценностей», «идеалов демократии», «прав и свобод человека», «гуманизма» и т.д. и т.п. Первый попавшийся провинциальный диктатор считает своим долгом сообщить населения: я выступаю за любовь. Политическая программа в любую партии невозможно представить без уверений в любви к народу. А чтобы не выпирала сама голая любовь, нам пообещают «приложить все усилия», мобилизовать «достойных профессионалов», обеспечить приоритет интересов «всех слоев населения».

Хотя, кажется, мы слишком отошли от магистральной темы — двух походов на Европу с интервалом в полторы тысячи лет. Поэтому закончим так: дал бы Бог, чтобы третий поход был чисто мирным, с интеграционной целью. То есть чтобы прогноз бесноватого фюрера не во всем наполнился.

Дмитрий Карпьяк,

Коломыя, для еженедельника

Коломийские ВЕСТИ

http://pravda.if.ua/news-19718.html