Жизнь четырех тысяч московских школьников на протяжении нескольких лет будут изучать социологи Высшей школы экономики и фонда «Общественное мнение» (ФОМ). Заказчиком исследования стал московский департамент образования. Почему социологов интересуют именно девятиклассники и какую информацию дадут многолетние исследования, «МН» рассказали руководитель проекта со стороны ВШЭ Дмитрий Куракин и координатор проекта в ФОМ Лидия Лебедева.

Контекст

«Ницше не читал — чувствую, пока не готов»

Детские сады станут платными, а за место в вузе придется драться

Болевые точки проекта нового закона об образовании

 

Траектории российского авангарда

Дмитрий Куракин: Когда я заканчивал школу в 1994 году, я считал себя open minded person и полагал, что могу рассчитывать на лучшее образование, но при этом даже не брал в расчет, что можно поехать учиться за границу, к примеру, в Оксфорд или Гарвард. Современные столичные школьники куда лучше информированы и объективно располагают большими возможностями.

В отличие от прежних поколений, они умеют пользоваться гаджетами и самостоятельно искать и находить информацию, общаются в соцсетях со сверстниками из разных стран мира. Иными словами, с точки зрения возможностей и жизненных шансов, нынешние московские девятиклассники – авангард России. Поэтому социологам так важно установить, как они распорядятся этими возможностями и шансами. Как будут выстраивать свои карьеры и жизни. Многие ли из них останутся в Москве, кто разъедется по городам России, а кто эмигрирует за рубеж? Опираясь на полученные данные мы, в том числе, подтвердим или опровергнем существующие на этот счет мифы.

Для решения такого рода задач и используются так называемые лонгитюдные исследования – когда одна и та же группа людей опрашивается на протяжении определенного периода времени. Подобные исследования существуют во всех развитых странах мира. Но в России это сейчас, пожалуй, единственный проект, который претендует на то, чтобы стать летописью целого поколения.

Мы заинтересованы в том, чтобы проект существовал как можно дольше – 20, 30 лет. Специалистам в области образования хорошо известна ценность такого рода исследований. Однако они весьма трудоемки и дороги. Одно из главных препятствий, долгое время не позволявших реализовать такого рода проекты в России —  проблема длинных денег. В отечественной науке, как и в экономике в целом, большинство инициатив ориентировано на результаты «здесь и сейчас». Поэтому у нас очень мало долгосрочных исследований.

Интересно узнать, какие события произойдут в жизни наших участников, когда они получат дипломы о высшем образовании. При этом чем дольше длится исследование, тем интереснее

Дмитрий Куракин социолог, руководитель проекта «Мониторинг образовательных и трудовых траекторий учащихся и выпускников московских школ» со стороны ВШЭ

Лидия Лебедева социолог, координатор проекта в фонде «Общественное мнение»

О чем расскажут данные исследования

Лидия Лебедева: Чем хороши лонгитюдные данные? Они позволяют установить причинно-следственную связь, увидеть, что к чему привело. Ведь наибольшая активность у человека заметна в первые несколько лет после окончания вуза. Поэтому очень интересно узнать, какие события произойдут в жизни наших участников, когда они получат дипломы о высшем образовании. При этом чем дольше длится исследование, тем интереснее.

Проект называется «Мониторинг образовательных и трудовых траекторий учащихся и выпускников московских школ». Мы проводим опрос среди 4 тыс. учеников 9 классов и их классных руководителей. Сотни школ были определены по принципу случайной выборки. В наше исследование попали школы из разных районов Москвы, в том числе и с присоединенных территорий.

Возраст наших респондентов – 14-15 лет. Ребятам в этом году придется сделать важный выбор: начать работать или продолжить учебу? Какие у них планы на будущее? В какие вузы они стремятся поступить? Какой видят свою работу? Каждый ученик отвечает на вопросы своей анкеты, а собранные данные позволят увидеть целую картину жизненных траекторий нынешнего поколения.

Нам интересно все: в какой семье он живет, с кем дружит, чем интересуется, какие у него увлечения, хобби, мечты. Если мы будем наблюдать за этими людьми на протяжении  нескольких десятков лет, то будет крайне интересно отслеживать и изменение их социального статуса, и юношеских мечтаний, и то, как были реализованы имеющиеся  возможности. Стоит особо отметить, что школьники принимают решение об участии в опросе добровольно, но предварительно мы должны обязательно получить от родителей согласие на обработку и хранение их персональных данных. Для этого разработана специальная система идентификации анкет, то есть основной массив собранных данных хранится отдельно от персональной и контактной информации школьников, которая нам просто необходима для проведения повторных волн исследования.

Некоторые вопросы анкеты

1. Сколько лет Вы живете в Москве? Сколько лет в Москве живут Ваши родители?

2. Какое образование получила Ваша мама (или женщина, которая ее Вам заменяет)?

3. Собираются ли Ваши сверстники, с которыми Вы больше всего общаетесь, после 9 класса продолжить обучение в школе?

4. Вы придерживались или не придерживались какой-либо диеты за последние три года?

5. Как часто за последние 12 месяцев Вы молились, медитировали вне религиозных служб или других мероприятий религиозного характера (например, дома)?

Дмитрий Куракин: Еще один важный результат нашей работы – это выработка методики, которая позволит получать надежные лонгитюдные данные. Это очень непростая задача, ведь мы пытаемся годами отслеживать судьбы людей, которые в силу своего возраста крайне мобильны: они меняют место жительства, профессии, контактные данные. Наконец, они очень заняты, ведь они находятся в фазе активного выбора и построения своих жизненных путей. Все это существенно затрудняет проведение исследований и ведет к риску потерять большую часть респондентов и их голосов. Во всем мире специалисты разрабатывают специальные методики, позволяющие успешно решать эту задачу, но готовых решений не существует, ведь опыт и условия каждой отдельной страны – территориальные, культурные, экономические – весьма специфичны. Поэтому те решения, которые мы сейчас находим –инновационные, и они позволят в будущем ставить еще более интересные вопросы и получать еще более надежные данные.

Данные опроса решат судьбы образования

Дмитрий Куракин: Собранные нами данные и результаты их анализа мы передаем в столичный департамент образования. Власти смогут оценить и качество общего среднего образования в городе, а, со временем, узнать, каковы результаты прилагаемых усилий по улучшению качества и доступности образования, эффективность отдельных реформ и программ. Но это – только первый, начальный этап.

Зачем эти данные властям города? Наиболее прогрессивные мировые тренды состоят в том, что важные политические и управленческие решения можно и нужно принимать с опорой на данные исследований. И очень много в судьбе образования зависит от того, насколько у нас в стране разовьется эта культура принятия управленческих решений. И если наша работа будет способствовать развитию такой культуры, мы будем считать этот факт одним из важнейших итогов своей работы.

Какие лонгитюдные исследования проводили в мире

Одно из наиболее продолжительных социологических исследований – Wisconsin Longitudinal Study (WLS) длится с 1957 года. Сначала целью было изучение планов на будущее выпускников Университета Медисона. Позже ученые заинтересовались карьерой, здоровьем, старением респондентов. Сейчас проект WLS следит за  судьбами вдов или вдовцов  участников, а также их детей.

Самое масштабное лонгитюдное исследование выпускников университетов (8600 респондентов) одной страны – новозеландское «The Graduate Longitudinal Study New Zealand» (GLSNZ). Опрос проводили в 2011 году, следующие запланированы на  2013, 2016 и 2021 годы. Задача -  выявить факторы, определяющие жизненный успех выпускников.

Британское исследование связи уровня образования студентов с их последующей карьерой «Futuretrack» стартовало в 2008 году. В нем участвуют  130 тыс. человек.

Самое массовое исследование – «Nurses’s health study» («Изучение здоровья медсестер»), – инициировано Гарвардским университетом США и проводилось с 1976 по 1989 год. 238 тыс. участников.

В одном из самых многонациональных лонгитюдных исследований – «The Children of Immigrants Longitudinal Study» (США) – приняли участие дети 77 национальностей, у которых хотя бы один из родителей – не гражданин Америки.

Самое обширное исследование по количеству стран участников «Luxembourg Income Study» («Люксембургское изучение доходов») – некоммерческий проект, начатый в 1983 и названный так в честь расположения штаб-квартиры исследователей. К 2006 году удалось собрать микроэкономические данные по 30 странам на четырех континентах, в том числе по некоторым государствам в динамике на протяжении более 30 лет.

В России самым крупным лонгитюдным исследовательским проектом было всесоюзное, а позднее международное исследование «Пути поколения», которое проводилось под руководством эстонского профессора Микка Титмы. Исследование проходило с 1983 по 1999 годы в России, Белоруссии и Латвии. Социологи изучали жизненные пути индивидов в советском и постсоветском обществе.